Прибыль предприятий в России за полугодие снизилась на 13,3%, а в июне - упала в разы. Каждая третья компания сейчас убыточна. Кто пострадал больше всех, что это значит для экономики и чего ждать дальше - в статье РБК
Сальдированная прибыль российских предприятий (сумма прибылей минус сумма убытков) за первое полугодие 2026 года составила 11,7 трлн руб. За аналогичный период годом ранее показатель составлял 13,5 трлн руб., снижение за год - 13,3%, следует из релиза Росстата. Статслужба указывает, что динамика приводится по сопоставимому кругу организаций, то есть по тем, которые сдавали отчетность и в 2025, и в 2026 году.
После рекордных 33,3 трлн руб. в 2023 году прибыли корпоративного сектора снижаются третий год подряд. Минувшей весной казалось, что ситуация выправляется: после слабого начала года помесячная прибыль в марте-мае превысила уровни 2025 года и отставание нарастающим итогом сократилось с 38 до менее 3%. По итогам мая снижение за пять месяцев не превышало 1% год к году. Но июнь перечеркнул это восстановление: сальдированная прибыль за месяц составила около 400 млрд руб. - против примерно 2,1 трлн годом ранее, следует из данных Росстата по сопоставимому кругу предприятий.
Каждая третья компания в стране сейчас убыточна: доля таких предприятий выросла на 3,1 п.п. к первому полугодию 2025-го, до 33,5%. Рентабельность активов по всей экономике за полугодие - 2,1% (речь об отношении сальдированного финансового результата и стоимости активов организаций).
Что стоит за провалом июня, какие отрасли терпят наибольшие убытки, кто пока "остается на плаву" и каких финансовых результатов бизнеса ждать во второй половине года - разбирался РБК. Что случилось в июне
Снижение прибылей до порядка 400 млрд руб. в июне во многом стало следствием разовых факторов, считает старший аналитик управления макроэкономического анализа Совкомбанка Андрей Крылов. Резкий рост цен на топливо и снижение его доступности ударили по оптовой и розничной торговле - по итогам месяца сектор зафиксировал убыток. Тот же фактор, вероятно, повлиял на туристические услуги, транспорт и ряд обрабатывающих производств, говорит эксперт.
Вторым ударом, по его словам, стали внеплановые ремонты НПЗ, из-за которых выросли операционные расходы в нефтепереработке. Крылов также указывает на падение фондового рынка, из-за которого финансовые и страховые компании отразили отрицательную переоценку активов.
Обрабатывающая промышленность, включающая нефтепереработку, понесла основные потери, уточняет главный экономист Альфа-Банка Наталия Орлова. За январь-май сектор приносил в среднем около 600 млрд руб. в месяц, в июне показатель упал до 100 млрд. Спад в производстве нефтепродуктов объясняет больше половины снижения, оценивает экономист: экспортные доходы от нефтепродуктов в июне оказались почти вдвое ниже среднемесячных значений предыдущих месяцев - около $3,6 млрд, на уровне февраля (то есть до начала Ормузского кризиса и скачка цен на нефть).
Компаниям также пришлось потратиться на закупки на защиту и восстановление производственных мощностей, а также добровольные взносы в бюджет, отмечает старший аналитик УК "Первая" Наталья Ващелюк. Бизнес в этом году добровольно внес в бюджет "сотни миллиардов рублей", рассказал президент Владимир Путин 3 сентября на Восточном экономическом форуме. На финансовом результате компаний также сказались жесткая денежно-кредитная политика вместе с охлаждением экономики, добавляет Крылов.
Но рассматривать провал начала лета как перелом тренда преждевременно, полагает Ващелюк: ежемесячная статистика Росстата волатильна и "негативные выбросы" за отдельные месяцы нередко компенсируются сильными результатами в последующие. С этим соглашается главный экономист по России компании "Эйлер" Елена Ахмедова: в среднем за последние месяцы отношение финансовых результатов к ВВП остается близко к уровням 2017-2019 годов - около 13%. В чем фундаментальные факторы снижения
Даже не считая провала в июне, прибыль российских компаний по сравнению с прошлым годом находится в минусе. Помимо разовых факторов за ослаблением финансовых результатов стоят две крупные структурные причины, объясняет главный экономист ВТБ Родион Латыпов.
Первая - ускоренная амортизация капитала. Динамика основных фондов (машин, оборудования, зданий) отстает от динамики валовых инвестиций: компании тратят все больше средств не на прирост мощностей, а на поддержание того, что есть, объясняет аналитик. Это напрямую давит на чистую прибыль.
Вторая - переток доходов в пользу работников. Зарплаты опережали и продолжат опережать рост ВВП, указывает Латыпов: труд дорожает из-за исторически низкой безработицы в условиях кадрового голода и роста несырьевой, более трудоемкой части экономики. Доля прибыли компаний в ВВП будет снижаться - и это нормальный структурный процесс, считает Латыпов.
В 2025 году расходы компаний на зарплаты выросли на 10 трлн руб. Экономика второй год растет темпом не выше 1%, при этом реальные зарплаты прибавляют по 4-5% в год, а номинальные - порядка 10%, напоминает Орлова. Избыточно быстрый рост зарплат - сейчас основная проблема компаний, констатирует она. Впрочем, в 2026-м годовой рост зарплат "устойчиво замедляется по широкому кругу отраслей", отметил на прошлой неделе Банк России. Кто теряет больше всех
За общими суммами прибыли скрывается резкий контраст по отраслям. Пока одни терпят значительные убытки, другие по-прежнему способны кратно наращивать прибыль.
Лидеры по номинальной прибыли в первом полугодии - сырьевой и предположительно оборонно-промышленный секторы (напрямую ОПК в данных Росстата не отражен). В добыче нефти и газа прибыль выросла на 73,5%, до 2,18 трлн руб. Прибыль в производстве "прочих транспортных средств" (к которому в статистике относится в том числе военная техника) увеличилась в 2,1 раза, до 255,2 млрд руб. IT-отрасль улучшила результат в пять раз, до 618,7 млрд. В плюсе также пищевая промышленность (+25,9%) и электроэнергетика (+9,9%). Торговля, несмотря на провальный июнь, за полугодие удержалась в плюсе (+1,7%).
На другом полюсе - гражданская обработка. Химическая отрасль потеряла почти половину прибыли по сравнению с результатом первого полугодия прошлого года (минус 49,7%), машиностроение - более половины (минус 53,6%), автопром - почти 90%: показатель упал с 75 млрд до 8 млрд руб. Металлургия впервые за годы ушла в чистый убыток: минус 37,9 млрд руб., там убыточны 41,6% компаний. В угольной отрасли убыток составил 153,3 млрд, в минусе две трети предприятий.
Пятикратный рост прибыли IT-сектора, вероятно, связан с разовыми факторами - поступлением бюджетных средств по крупным контрактам, полагает Крылов. В последующие месяцы динамика может стать более сдержанной. Прибыль добывающего сектора растет за счет относительно высоких цен на российскую нефть ($64 за барр. в июне) и низкой базы прошлого года. В августе ослабление рубля вместе с ростом цен на сырье дополнительно поддержит экспортеров, прогнозирует аналитик.
У экспортно ориентированного бизнеса есть "точка опоры" - слабый курс и устойчивый внешний спрос, соглашается Орлова. А вот внутренние отрасли рискуют войти в период затяжного снижения: активная фаза импортозамещения прошлых лет завершается, рост ввоза товаров в этом году превышает 10%, подчеркивает она. Автопром выглядит наиболее уязвимым - спрос на автомобили во втором полугодии продолжит охлаждаться, считает экономист.
Финансовый результат гораздо волатильнее большинства реальных показателей и гипертрофирует отраслевые тенденции, предупреждает старший директор группы суверенных и региональных рейтингов АКРА Дмитрий Куликов. Внутри каждой отрасли разброс показателей вокруг средней достаточно широк, и транслировать среднюю на все компании нужно с оговорками. Но большинство отраслей, которые нарастили финансовый результат, росли и по другим метрикам - от занятости до произведенной добавленной стоимости, добавляет он. Что это значит для экономики и бюджета
Падение корпоративных прибылей уже отражается на бюджете. Рост сборов по налогу на прибыль за июнь-июль замедлился до 10% год к году против 16% за январь-май, отмечает Крылов. О значимом снижении поступлений речи пока нет - в том числе потому, что в сальдированную прибыль Росстата не включаются банки, чья прибыль растет более чем на 30% в год, оговаривается он.
К тому же доля налога на прибыль в доходах федерального бюджета составляет менее 10% (основная часть сбора идет в региональные бюджеты), и колебания этой статьи не должны существенно повлиять на общий итог, добавляет Крылов. Основные получатели налога на прибыль - бюджеты регионов (17 п.п. из общей ставки 25%), и их доходная часть пока складывается в рамках сезонной нормы, подтверждает Ахмедова. При этом общие ненефтегазовые доходы федерального бюджета, несмотря на снижение корпоративных прибылей, по итогам года могут оказаться даже выше первоначального плана за счет НДС (повышен с 2026 года с 20 до 22%, плюс его плательщиком стал более широкий круг малого бизнеса), НДФЛ и акцизов, добавляет Крылов.
На экономике падение прибылей сказывается сильнее, чем на бюджете. Снижение финансового результата напрямую давит на кредитование, инвестиции и наем, указывает Крылов: в последние кварталы уже видно замедление роста зарплат и инвестиций в основной капитал. По данным Росстата, если в первом квартале реальные зарплаты росли на 8,7% в годовом выражении, то во втором квартале темпы замедлились до 4,4%, а в июне - до 3,4%. В России 50-60% капвложений устойчиво финансируется из прибыли, напоминает Куликов, - динамика финансового результата напрямую определяет инвестиционный потенциал отраслей.
По итогам 2026 года рост ВВП составит менее 1%, а дефицит консолидированного бюджета - около 4% ВВП, прогнозирует Крылов. Орлова ожидает еще более скромный результат - 0,1% роста экономики. Причина слабых ожиданий не только в процентной ставке, уточняет она: на рост давят новые ограничения - логистические и инфраструктурные.
Эти оценки консервативнее официальных. Минэкономразвития в начале сентября повысило оценку роста в 2026 году до 0,6% (в мае ожидалось 0,4%). Банк России в базовом сценарии оценивает рост ВВП в 2026 году в диапазоне 0,0-1,0%. Дефицит федерального бюджета за январь - июль уже составил 6,5 трлн руб. (2,8% ВВП) при годовом плане 3,8 трлн (1,6% ВВП). Когда прибыли вернутся к росту
Во втором полугодии возможен временный рост прибылей за счет экспортеров: рубль ослаб, а цены на сырье остаются выше средних за последние годы, отмечает Крылов. Но для устойчивого разворота нужен набор условий: дальнейшее смягчение денежно-кредитной политики (эффект от снижения ставки доходит до финансовых результатов с лагом три-четыре квартала), восстановление потребительского и инвестиционного спроса, замедление роста издержек и исчерпание разовых негативных факторов - в том числе проблем с топливом и ремонтов НПЗ. По оценке экономиста, устойчивый рост прибылей возможен не ранее 2027 года.
Ослабление рубля, сохранение относительно высоких цен на нефть и рост государственных расходов способны поддержать динамику во втором полугодии, но устойчивого разворота без нормализации денежно-кредитных условий ждать не стоит, предупреждает Ващелюк. При этом чрезмерно быстрое снижение ставки может привести к резкому росту инфляции и устойчивому увеличению издержек - а это для финансовых результатов компаний хуже, чем временный рост процентных расходов, подчеркивает она.
https://www.rbc.ru/economics/07/09/2026/6a9ad4d09a794713d7435824